Михайловец Георгий Машин прошел всю войну. Был ранен в ногу, горел в танке

7

Приближается памятная дата – 80-летие освобождения Михайлова и района от немецко-фашистских захватчиков. В каждой семье есть свои герои Великой Отечественной. С иконописцем Татьяной Котовой мы поговорили об ее дедушке, Георгии Сергеевиче Машине. Строго говоря, родным по крови он ей не был – родной дедушка, Максим Филиппович Ребров, старший политрук, пропал без вести в 1942 году. В мирное время Максим Филиппович был учителем в школе. После войны, спустя годы, бабушка Татьяны Мария Ивановна вышла замуж за Георгия Сергеевича. И он стал для маленькой Татьяны по-настоящему близким и родным.

Фронтовые дороги

Георгий Сергеевич Машин родился 20 ноября 1910 года в селе Малинки. На службу поступил в ноябре 1939 года. Учился в 1-м Ленинградском артиллерийском училище ПриВО. У него было много наград, среди них – медаль «За боевые заслуги» и Орден Отечественной войны I-й степени.
Из наградного листа:
«Участвовал в Великой Отечественной войне с июня 1941 по июль 1943 года. 5-я Ударная армия, 315-я дивизия, 431-й отдельный противотанковый дивизион, в должности старшины батареи. В боях за Родину был ранен 30 апреля 1943 года, при форсировании речки Миус. Ранен в левую ногу. Находился на излечении в эвакогоспитале 3631 города Саратова.

За время пребывания в училище товарищ Машин Г.С. показал себя преданным делу партии Ленина-Сталина. Морально устойчив. Дисциплинирован. Учится удовлетворительно ввиду низкой общеобразовательной подготовки. Коня и технику содержит в хорошем состоянии. Много работает над собой в области повышения знаний. Приказания выполняет четко и аккуратно. В строевом отношении подтянут. Активное участие принимает в общественно-политической жизни батареи. Среди курсантов пользуется авторитетом. Ранее не награжден».
Дедушка Татьяны прошел всю войну. Но подробностей его боевого пути женщина, к сожалению, не знает.

«У него были очень сильно обожжены руки, – рассказывает Татьяна. – Я была маленькая и спрашивала: «Дедушка, почему у тебя такие руки?» А он их потирал и говорил: «Да вот, в танке горел. Еле выскочил». Я просила рассказать про войну, но дед отвечал: «Нечего там рассказывать, нечего». И все, на этом тема всегда  была закрыта».

Мирная жизнь

Татьяна отмечает, что жили дедушка с бабушкой хорошо: дружно, мирно. Георгий Сергеевич был учителем в школе, потом директором школы-интерната. Видимо, как служебное, его семье дали помещение на территории интерната. Там тогда стоял двухэтажный деревянный дом. Он не сохранился, на этом месте сейчас находится спортивная площадка.
Татьяна рассказала, что в свое время этот дом принадлежал Архангельскому храму, и там жили священники. Когда взорвали собор, здание не тронули. В этом доме и жила семья Машиных,  там выросла мама рассказчицы, и сама она часто бывала там в детстве.
«Когда я была маленькой, Георгий Сергеевич был уже на пенсии, – вспоминает Татьяна. – У дедушки с бабушкой был огород у реки Прони, на улице Бережок. И мы исправно туда ходили, я помогала обрабатывать картошку, капусту, помидоры. Картошки много сажали. Потом дары огорода солили и мариновали.
Дедушка очень любил бабушку, Марию Ивановну. Со временем ему как ветерану войны дали квартиру, но там семье уже не суждено было долго и счастливо жить. Бабушка умерла. И после ее смерти он как-то весь растерялся, загрустил. Попал в больницу. Там и умер, в один год с женой…»
Каждый раз, когда Татьяна приезжает в Михайлов, сначала отправляется на кладбище, на Черную гору, чтобы почтить память своих родных и близких. Имя Георгия Сергеевича Машина увековечили и на мемориале Воинской Славы в Михайлове. «Вечная память и вечная слава всем, кто сражался за Победу», – говорит Татьяна.

Фото у Вечного огня – издательство «Пресса», остальные – с сайта «Память народа» и из личного архива Татьяны Котовой.